Распятие и воскресение Иисуса из мёртвых являются центральным актом искупления рода человеческого от власти греха и смерти. Внимательное прочтение двадцать седьмой главы Евангелия от Матфея даёт нам понять, что наше знание о том, что произошло в Иерусалиме сразу же после смерти Иисуса, весьма ограничено. В стихах 51-53 своего Евангелия Матфей отмечает три события, которые нигде больше не упоминаются. Во-первых, это разодрание завесы отделяющей Святое Святых от остальной части иерусалимского храма. Во-вторых, это землетрясение, при котором «расселись камни». В-третьих, это воскресение из мёртвых «усопших святых», которые впоследствии явились многим в Иерусалиме.

На первый взгляд, эти необыкновенные события приводят нас в недоумение и даже внушают сомнение в их достоверности. (Примечательно, что враги Иисуса их не оспаривали.) Хотя для нас они остаются великой тайной, достоверность и авторитет Священного Писания помогают нам воспринять их не иначе как факты. В этой статье мы хотим обратить особое внимание именно на разодрание завесы в храме, чтобы помочь осознать значение этого события для каждого из нас.

Чтобы лучше понять, что же произошло в момент разодрания завесы и как оно повлияло на свидетелей этого события, необходимо иметь хотя бы общее представление о расположении храма и его дворов. Всё в иерусалимском храме и в служении, проводимом в нём, было так устроено, чтобы напомнить человеку о его греховном состоянии и о той великой пропасти, которая разделяла духовно падшее человечество от своего Создателя.

Начнём со «Двора язычников», который находился рядом с самым храмом, по его правую сторону. Это было единственное место, куда допускались язычники, которые устали от множества своих идолов и стремились к познанию единого истинного Бога, Которому поклонялся израильский народ.

Как ни странно, во дни Иисуса «Двор язычников» был им недоступен. Они были вытеснены из него торговцами, продаюшими животных и птиц для жертвоприношения в храме, а также денежными менялами. Цены на жертвы были завышены в четыре раза. Обязательную для всех израильтян подать на храм нельзя было платить римскими монетами. Поэтому были придуманы «храмовые монеты», за которые доплачивалось ещё двадцать процентов. Там продавались сувениры и различная пища.

Одним словом, «Двор язычников» превратился в настоящий базар, где фактически грабили пришедших поклониться Богу. Недаром Иисус сравнил иерусалимский храм с вертепом разбойников. Язычники, ищущие живого Бога, были совершенно вытеснены с территории храма алчностью и израильского духовенства и всяческих торгошей.

Самым отдалённым от Святого Святых двором, находившмся внутри стены, окружавшей храм, был «Двор женщин». Здесь имелись галереи, куда могли заходить не только женщины, но и любой еврей, включая даже прокажённых. Во «Дворе женщин» всегда были слышны музыка, пение и пляски веселящегося народа. Тут стояли специальные урны для сбора денежных пожертвований на содержание храма.

Ближе к Святому Святых находился «Двор Израиля», в который могли заходить только мужчины.

Рядом со Святым Святых находился «Двор священников», или «Святое место». Сюда могли входить лишь священники и левиты, правящие службу. Сюда же приносились жертвы от поклонников, а также ежедневные утренние и вечерние жертвы. Дым от этих жертв, возносившийся над храмом, был виден на далёком расстоянии, и он ежедневно напоминал израильскому народу о его завете с Богом и об Агнце Божием, Который должен был явиться, чтобы взять на Себя грехи всего мира.